xom: (Default)
Хотела позвонить по важному делу. Машинально набрала номер своего сотового. Ответила. Долго кричала "aлё!" в трубку. Долго ждала ответа в другую. Слышала только собственное эхо. Не понимала, откуда оно.
Так и живем.
xom: (Default)

Все на свете портится от тренья...
И тогда обиделось Время

Нет, оно не то, чтобы обиделось, оно просто любило подшутить надо мной с самого начала. Дразнилось - показывало язык, то застревало намертво, то щекотной змейкой утекало из пальцев, отнимало - тут часок, там - десять минут. По утрам оно говорило мне - полежи еще, успеешь, двадцать минут - это много, а потом хихикало - ты чего это? когда в последний раз ты собиралась быстрее, чем за час?
Оно всегда было со мной, я чувствовала его в каждый отдельный момент. Я и сейчас, если сосредоточусь, могу угадать, который теперь час. Но вот предсказать скорость его движения я не умею.
Поэтому я опаздываю. Всегда. Даже тогда, когда прихожу вовремя, я опаздываю где-то внутри себя. И самое гадкое, что я не умею познать свои раcxождения со временем. Мне всегда кажется, что если поднажать - успею. И я вполне искренне говорю, что буду готова через пять минут. В тот момент, когда говорю, я верю в эти пять минут. Потом их получается десять или пятнадцать, иногда двадцать.
Раньше я нервничала, бежала, глядела на часы. Быстрее не получалось, получалось напряженнее. Теперь уже не могу себе этого позволить. Нарочно отключаюсь и не думаю о времени. Иногда успеваю и понимаю, что если бы нервничала - это было бы совсем зря. Иногда опаздываю - и понимаю, что от этого еще никто не умирал.
Я знаю, что это раздражает многих людей, но ничего не могу с этим сделать. 
Может быть мне можно простить?

xom: (Default)
А иногда хочется запереться в маленькой комнатке с табличкой "Осторожно, я" и правилами использования, в которых первым пунктом будет: "Подумайте как минимум десять раз, надо ли оно вам. И если уж решили, что надо, потом не жалуйтесь."
xom: (Default)
Иерусалим - другая страна, другой мир, другая планета.
Гордый, красивый, властный город из светлого камня.
Я была там чужой. Ультрарелигиозные евреи с ненавистью отворачивались от моей маечки на бретельках. Арабы кричали и чмокали вслед. Золотой купол плавился на солнце, серебрянный холодно молчал. Мельница замерла в горячем воздухе. Стена плача осыпалась письмами к богу.
Жить в нем я бы вряд ли смогла, святость - не для меня. Смотреть на него хочется долго. Всегда.
xom: (Default)
Была возле старого дома. Там уже светятся чужие окна. Сказала дереву - привет. Ну да, а что. Погладила его по шершавому боку. Оно подарило несколько веточек с охристыми ягодами.
Там, в этом месте что-то есть. Кажется, это время. В нашем новеньком, с иголочки, доме, в новеньком с иголочки районе времени еще нет, оно только зарождается. У нас тут - пространство. Поля с клубникой, горы с огоньками, небо с медведицей. У них там - время дышит. В тяжелых мудрых деревьях, в старом, пахнущем людьми асфальте, в тесно смотрящих друг другу в глаза домах. Когда-нибудь и у нас время сьест пространство, но не сейчас. Еще не скоро.
На душе стало щекотно и чуть-чуть больно.
А в Москве я не была почти пятнадцать лет.
xom: (Default)
Раньше я очень переживала, когда кто-нибудь убивал свой журнал. Пугалась, думала о плохом, даже, помнится, сердилась немного. Теперь не обращаю внимания. Они всегда возвращаются. Всегда.

Раньше я была в интернете со всеми на "ты". Сейчас испытываю неприятное чувство, когда незнакомые люди с первого-второго комментария переходят на "ты" без предупреждения. Взрослею или просто болею?

Совершенно поражают воображение публичные акции расфренживая с вырезанием семьи врага всех общих френдов и френдов их френдов с пра-френдами и пра-пра-френдами. Взрослые дядьки и тетьки, а такие смешные. 

И последнее.
Забавная штука эта жужа.

xom: (Default)

Иногда злит.
Ага.
Злит, когда меня считают идиоткой и думают, что я этого не замечаю.
Когда в театре подсовывают полную халтуру.
Когда израильтяне говорят "карашо_работа_Анна_Каренина" и ждут, что я обрадуюсь.
Когда бешеная начальница раз в два дня сообщает , что она меня ценит и призы за это вот-вот последуют. И так уже полгода.
Когда...
Короче, скажите уже прямо - дууууура ты, хомяк, и закончим на этом. А то укушу.

xom: (Default)
Вот все говорят - ах, говорят, - любить - это ведь так больно.
Да ну вот еще, - отвечаю я им. Ничего вы не понимаете. Любить - это щекотно, ужасно щекотно, вот тут - ниже шеи, ближе к сердцу. И все время хочется склоняться. Клониться, как плакучая ива и льнуть, и прикасаться, и чувствовать и - например - обниматься. И от этого еще щекотнее. Так я им отвечаю. И слушаю, как тихонечко сопит рядом самый любимый мой человек.
xom: (Default)
Часто мне задают вопрос: "А как ты обьяснишь это ребенку?" Иногда я даже не сразу нахожусь, что ответить, особенно если спрашивала я сама. А потом всегда вспоминаю правильный ответ -"Честно, как есть".
xom: (Default)
Раньше я не умела плакать, умела только глотать лаковые слезы, накликанные жалостью к себе. Но оказалось, что бывают Другие Слезы. Они приходят сами. Поднимаются из каких-то древних глубин, без заклинаний и молитв. Рождаются изнутри нутра и вдруг заливают собою весь мир. От них не больно и не плохо. Они не для того, чтобы пожалели. Они приходят, как оргазм, бесконтрольно, неподвластно, и прозрачной волной смывают бурую накипь с души. Наверное что-то подобное древние греки называли скучным словом "катарсис". Самое трудное - научиться принимать эти слезы и отдаваться им до конца, не сдерживаясь и ничего не боясь.
xom: (Default)
Добрых двести тысяч марсов и сатурнов
надо мной мигают и меняют масть.
Никакой страховки, никаких котурнов.
Я рискую очень, я могу упасть.


Чтобы не так страшно, можно зажмурить глаза изо всех сил. Тогда сделаешь шаг. Может быть даже несколько шагов. А потом откроешь глаза и будешь смотреть только вверх. Там есть маленькая очень яркая точка. Вот ей и нужно улыбнуться.
xom: (Default)
Иногда со мной проиcxодят такие забавные недоразумения, что я - честное слово - убеждаюсь, что там сверху кто-то строго грoзит пальцем и говорит: "Но-но-но, вот так-то лучше будет!"
xom: (Default)
В полях созрела сахарная клубника.
Длинногривый жеребенок фыркал и мотал башкой возле лотка с фруктами.
Клубничины похожи на разных зверей. Одна - слоненок с толстым хоботом, другая - собачка, воет, грустит.
Купили толстокожих беременных апельсинов - внутри у них между дольками спрятался нерожденный, голый детеныш.
Не узнала себя - неожиданно вышла плясать танец на детском празднике в садике. Все меняется. Может быть я уже и не я.
xom: (Default)
Вокруг меня начерчен в воздухе круг. Заступать за черту можно только избранным. Я искренне не понимаю, как некоторые неизбранные могут этого круга не видеть. Где у них глаза?
****
За окном плывет корабль. Он раздувает паруса, тяжело и медленно плывет сквозь тучи и солнце. Вокруг него вьются какие-то белые птицы, похожие на чаек. За него прячется вечерами солнце, разделяя небо на розовые сегменты. Сегодня я узнала, что это всего лишь древняя, засыпанная землей и заросшая травой куча мусора. Другого не стоило и ожидать.
xom: (Default)
Я никогда не борюсь с собой и не работаю над собой. Это бесполезно. Все равно проиграю - силы неравные.
Просто жду. Жду от себя милостей, жду изменений. И иногда они приходят. Это немножко страшно.
xom: (Default)
Все-таки Шура из Служебного романа - замечательный персонаж, да?
****
Любящим людям свойственно пририсовывать обьектам своей любви усы и пышные шевелюры, а потом обижаться на бритые щеки и лысину. Отобрать бы у всех кисточки с красками.
****
Скучно с людьми и не хочется никого видеть. Как это называется? Человекоскука?

P.S. А ничего, что я к вам спиной сижу?
xom: (Default)
Вот этой вот Канцелярской Кнопкой, которая висит теперь на каждой жужешной страничке, я совершенно не могу пользоваться.
Мне совестно.
А у вас?
xom: (Default)
Лет до тринадцати каждую зиму я ездила в подмосковный дом отдыха на лыжепокат и прочий активный отдых. В последобеденной скуке ходила в библиотеку и брала там разные странные книжки. Одна из них называлась "Дарю вам память". Была это какая-то довольно обыкновенная детская фантастика про полет на другую планету, и ничем она особенно не запомнилась, кроме собственно подаренной памяти. Прикол был в том, что воспоминания на этой планете были редкостью, дефицитом, и шли они на вес золота. Память дарили буквально. То есть, рассказывая какой-то свой мемуар, его насовсем отдавали слушателю, сами забывали навсегда, а слушатель зато приобретал его. Тоже навсегда. Заканчивалась книжка тем, что простая советская женщина, с мужем и двумя детьми, которая уж не помню как попала на эту планету, подарила ее жителям всю свою память. То есть, она натурально выступила по радио и стала рассказывать своё прошлое подробно с самого начала, сама его параллельно лишаясь. Речь она начала словами: "Я дарю вам память".
Почему-то, когда я пишу посты в ЖЖ, мне всегда вспоминается этот момент.

Ай!

Nov. 5th, 2006 10:26 pm
xom: (Default)
Сломанный ноготь, последствия химической атаки пятновыводителя и стирального порошка, две ссадины на левой, одна на правой, прищемленный оконной рамой до громкого воя палец. За два дня. Никак не пойму, на что мне там намекают.
"Руки прочь"? "Руки вверх"? "Руками не трогать"? "По две штуки в одни руки"?

Upd: В кровь расцарапанный мизинец. Не успела пост дописать. М?

Profile

xom: (Default)
Anna

March 2014

S M T W T F S
       1
234567 8
910111213 1415
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 22nd, 2017 04:39 am
Powered by Dreamwidth Studios